...сердца стук...
и хлынет с неба вниз на землю дождь...
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

...сердца стук...Перейти на страницу: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | следующуюСледующая »


Ende des Lebens 
Запись только для зарегистрированных пользователей.
вторник, 3 сентября 2013 г.
[...бижутерия...] Ende des Lebens 23:39:34
Видимо, я совсем неудачник по жизни...
научи делать других, они будут грести по 20 штук за 3 дня, а ты сам будешь сидеть в жопе и с пустыми карманами -...-
твори, создавай, вкладывай душу, трать остатки денег на хорошие качественные материалы, чтобы покупатели смотрели, улыбались, а потом сквозь зубы цедили "Дорого... было бы дешевле я бы взял(а)". а цены-то ещё не особо большие... а если учитывать, что материалы стоят до хуя дорого, то можно сказать, что мы за свою работу не берём ни копейки, а за одни лишь материалы гроши имеем...
бесит-бесит-бесит.
магазин, от которого была хоть какая-то польза, закрылся.
в общем, я вкупе со своей мастерской (то есть, всем составом целиком) очень печалимся -...-
ни прибыли, ни вдохновения, да и желание творить куда-то пропадает.
мотивации нет.
грусть-печаль.
видимо, так оно и будет лежать, пока я всё это не выкину -...-
жалко наших трудов, но они никому не нужны.


Подробнее…­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­­­

Музыка Форсаж - Воля твоя
Настроение: отвратное
Хочется: выздороветь
Категории: Творчество, Мысли, Я, Друзья
комментировать 1 комментарий | Прoкoммeнтировaть
среда, 21 августа 2013 г.
Тест: Что внутри тебя.. Парень В вас находится парень.Такие люди... Ende des Lebens 00:17:33
­Тест: Что внутри тебя..
Парень


­­
В вас находится парень.Такие люди талантливы,но очень циничны.нередко они одевают маску,чтобы казаться добрым и милым.Кукловод.Испо­льзует людей в своих личных целях,ради собственной выгоды.Но люди к парню тянутся,потому что общаться с ними-истинное удовольствие!
~Притягательны~
~Двуличны~
~Веселы~

Ваша фраза:Сначала попробуй изменить себя.Убедись,как это сложно.А теперь пойми,что изменить меня гораздо сложнее!

Пройти тест: http://beon.ru/test­s/950-880.html

Категории: Тесты, Хуйня какая-то
Прoкoммeнтировaть
вторник, 13 августа 2013 г.
[...Ночь и делать нефиг...] Ende des Lebens 23:44:12
А вообще-то давно пора спать...

Подробнее…Школа:
* я бросал что-то в учителя
* я кричал на учителей
* я был наказан
* меня отправляли в кабинет директора
* я уходил с урока
* я прогуливал целый школьный день типа по болезни
* я прогуливал целый месяц какой-то предмет информатика/технология
* я проваливал контрольную
* я разговаривал во время контрольной
* я проваливал математику(алгебру,или геометрию)
* я проваливал историю
* я проваливал английский
* я проваливал другой предмет
* учитель вызывал моих родителей
* я был пойман на прогуливании

Отношения:
* я в отношениях
* я одинок
* я люблю кого-то не взаимно
* я скучаю по своему бывшему
* я всегда боюсь, что мне причинят боль
* я говорил кому-то, что люблю его/ее, когда не любил
* я говорил, что не люблю его/ее, когда любил
* я был(а) влюблен больше, чем 2 раза
* я верю в любовь с первого взгляда
* я верю, что страсть важнее, чем любовь

Дружба:
* у меня есть лучший друг
* у меня есть, по крайней мере, 10 друзей
* я получал телефонный звонок на протяжении 48 часов от своего друга
* я бил друга по-дружески
* у меня была серьезная ссора со своим другом
* я могу доверить свою жизнь, по меньшей мере, 5 людям

Опыт:
* я летал на самолете
* я ездил на поезде
* я выезжал за пределы своей области
* кто-то, близкий мне, умирал

* я ездил в такси
* я ездил на городском автобусе
* я ездил на школьном автобусе
* я делал речь
* я был в каком-то клубе
* я выигрывал какую-то награду
* я проводил возле компьютера 24 часа подряд
* я морально сражался с кем-то
Музыка:
* я слушаю кантри
* я слушаю поп
* я слушаю техно
* я слушаю тяжелый рок
* я тот человек, который будет слушать одну песню снова и снова до тех пор, пока не возненавидит ее

* я ненавижу радио
* я скачиваю музыку


Музыка W.A.S.P. – Into The Fire
Настроение: херовое
Хочется: чтобы отпуск не заканчивался))
Категории: Хуйня какая-то
Прoкoммeнтировaть
воскресенье, 16 июня 2013 г.
[...Колодец и Маятник...] Ende des Lebens 00:39:56
Эдгар Аллан По.
"Колодец и маятник"

Подробнее…Impia tortorum longas hic turba furores Sanguinis innocui,
non satiata, aluit. Sospite nunc patria, fracto nunc funeris
antro, Mors ubi dira fuit, vita salusque patent.
(Клика злодеев здесь долго пыткам народ обрекала И
неповинную кровь, не насыщаясь, пила. Ныне отчизна свободна,
ныне разрушен застенок, Смерть попирая, сюда входят и благо и
жизнь (лат. ))
Четверостишие, сочиненное для ворот рынка, который решили
построить на месте Якобинского клуба в Париже


Я изнемог; долгая пытка совсем измучила меня; и когда менянаконец развязали и усадили, я почувствовал, что теряю сознание. Слова смертного приговора - страшные слова - были последними, какие различило мое ухо. Потом голоса инквизиторов слились в смутный, дальний гул. Он вызвал в мозгу моем образ вихря, круговорота, быть может, оттого, что напомнил шум мельничного колеса. Но вот и гул затих; я вообще перестал слышать. Зато я все еще видел, но с какой беспощадной, преувеличенной отчетливостью! Я видел губы судей над черными
мантиями. Они показались мне белыми -- белей бумаги, которой я поверяю зти строки, - и ненатурально тонкими, так сжала их неумолимая твердость, непреклонная решимость, жестокое презрение к человеческому горю. Я видел, как движенья этих губ решают мою судьбу, как зти губы кривятся, как на них шевелятся
слова о моей смерти. Я видел, как они складывают слоги моего имени; и я содрогался, потому что не слышал ни единого звука. В эти мгновения томящего ужаса я все-таки видел и легкое, едва заметное колыханье черного штофа, которым была обита зала. Потом взгляд мой упал на семь длинных свечей на столе. Сначала
они показались мне знаком милосердия, белыми стройными ангелами, которые меня спасут; но тотчас меня охватила смертная тоска, и меня всего пронизало дрожью, как будто я дотронулся до проводов гальванической батареи, ангелы стали пустыми призраками об огненных головах, и я понял, что они мне ничем не помогут. И тогда-то в мое сознанье, подобно нежной музыкальной фразе, прокралась мысль о том, как сладок должен быть покой могилы. Она подбиралась мягко, исподволь и не вдруг во мне укрепилась; но как только она наконец овладела мной вполне,лица судей скрылись из глаз, словно по волшебству; длинные свечи вмиг сгорели дотла; их пламя погасло; осталась черная тьма; все чувства во мне замерли, исчезли, как при безумном падении с большой высоты, будто сама душа полетела вниз, в преисподнюю. А дальше молчание, и тишина, и ночь вытеснили все остальное. Это был обморок; и все же не стану утверждать, что потерял сознание совершенно. Что именно продолжал я сознавать, не берусь ни определять, ни даже описывать; однако было потеряно не все. В глубочайшем сне -- нет! В беспамятстве -- нет! В обмороке -- нет! В смерти -- нет! Даже в могиле не все
потеряно. Иначе не существует бессмертия. Пробуждаясь от самого глубокого сна, мы разрываем зыбкую паутину некоего сновиденья. Но в следующий миг (так тонка эта паутина) мы уже не помним, что нам снилось. Приходя в себя после обморока, мы проходим две ступени: сначала мы возвращаемся в мир нравственный и духовный, а потом уж вновь обретаем ощущение жизни физической. Возможно, что, если, достигнув второй ступени, мы бы помнили ощущения первой, в них нашли бы мы красноречивые свидетельства об оставленной позади бездне. Но бездна эта -- что она такое? И как хоть отличить тени ее от могильных? Однако, если впечатления того, что я назвал первой ступенью, нельзя намеренно вызвать в памяти, разве не являются они нам нежданно, неведомо откуда, спустя долгий срок? Тот, кто не падал в обморок, никогда не различит диковинных дворцов и странно
знакомых лиц в догорающих угольях; не увидит парящих в вышине печальных видений, которых не замечают другие, не призадумается над запахом неизвестного цветка, не удивится вдруг музыкальному ритму, никогда прежде не останавливавшему его внимания. Среди частых и трудных усилий припомнить, среди упорных стараний собрать разрозненные приметы того состояния кажущегося небытия, в какое впала моя душа, бывали минуты, когда мне мнился успех; не раз -- очень ненадолго -- мне удавалось вновь призвать чувства, которые, как понимал я по зрелом размышленье, я мог испытать не иначе, как во время своего кажущегося беспамятства. Призрачные воспоминанья невнятно говорят мне о том, как высокие фигуры подняли и безмолвно понесли меня вниз, вниз, все вниз, пока у меня не захватило дух от самой нескончаемости спуска. Они говорят мне о том, как смутный страх сжал мне сердце, оттого что сердце это странно затихло. Потом все вдруг сковала неподвижность, точно те, кто нес меня (зловещий кортеж! ), нарушили, спускаясь, пределы беспредельного и остановились передохнуть от тяжкой работы. Потом душу окутал унылый туман. А дальше все тонет в безумии --
безумии памяти, занявшейся запретным предметом. Вдруг ко мне вернулись движение и шум -- буйное движение,
биение сердца шумом отозвалось в ушах. Потом был безмолвный провал пустоты. Но тотчас шум и движение, касание -- и трепет охватил весь мой состав. Потом было лишь ощущение бытия, без мыслей -- и это длилось долго. Потом внезапно проснулась мысль и накатил ужас, и я уже изо всех сил старался осознать, что же
со мной произошло. Потом захотелось вновь погрузиться в беспамятство. Потом душа встрепенулась, напряглась усилием ожить и ожила. И тотчас вспомнились пытки, судьи, траурный штоф на стенах, приговор, дурнота, обморок. И опять совершенно забылось все то, что уже долго спустя мне удалось кое-как
воскресить упорным усилием памяти. Я пока не открывал глаз. Я понял, что лежу на спине, без пут. Я протянул руку, и она наткнулась на что-то мокрое и твердое. Несколько мгновений я ее не отдергивал и все
соображал, где я и что со мной. Мне мучительно хотелось оглядеться, но я не решался. Я боялся своего первого взгляда. Я не боялся увидеть что-то ужасное, нет, я холодел от страха, что вовсе ничего не увижу. Наконец с безумно колотящимся сердцем я открыл глаза. Самые дурные предчувствия мои подтвердились. Чернота вечной ночи окружала меня. У меня перехватило дыхание. Густая тьма будто грозила задавить меня, задушить. Было нестерпимо душно. Я неподвижно лежал, стараясь собраться с мыслями. Я припомнил обычаи инквизиции и попытался, исходя из них, угадать свое положение. Приговор вынесен; и, кажется, с тех пор прошло немало времени. Но ни на миг я не предположил, что умер. Такая мысль, вопреки выдумкам сочинителей, нисколько
не вяжется с жизнью действительной; но где же я, что со мной? Приговоренных к смерти, я знал, обычно казнили на аутодафе, и такую казнь как раз уже назначили на день моего суда. Значит, меня снова бросили в мою темницу, и теперь я несколько месяцев буду ждать следующего костра? Да нет, это невозможно. Отсрочки
жертве не дают. К тому же у меня в темнице, как и во всех камерах смертников в Толедо, пол каменный, и туда проникает тусклый свет. Вдруг мое сердце так и перевернулось от ужасной догадки, и ненадолго я снова лишился чувств. Придя в себя, я тотчас вскочил на ноги; я дрожал всем телом. Я отчаянно простирал руки
во все стороны. Они встречали одну пустоту. А я шагу не мог ступить от страха, что могу наткнуться на стену склепа. Я покрылся потом. Он крупными каплями застыл у меня на лбу. Наконец, истомясь неизвестностью, я осторожно шагнул вперед, вытянув руки и до боли напрягая глаза в надежде различить слабый луч света. Так прошел я немало шагов; но по-прежнему все было черно и пусто. Я вздохнул свободней. Я понял, что мне
уготована, по крайней мере, не самая злая участь. Я осторожно продвигался дальше, а в памяти моей скоро
стали тесниться несчетные глухие слухи об ужасах Толедо. О здешних тюрьмах ходили странные рассказы -- я всегда почитал их небылицами, -- до того странные и зловещие, что их передавали только шепотом. Что, если меня оставили умирать от голода в подземном царстве тьмы? Иди меня ждет еще горшая судьба? В том, что я обречен уничтожению, и уничтожению особенно безжалостному, и не мог сомневаться, зная нрав своих судей.
Лишь мысль о способе и часе донимала и сводила меня с ума. Наконец мои протянутые руки наткнулись на препятствие. Это была стена, очевидно, каменной кладки, совершенно гладкая,склизкая и холодная. Я пошел вдоль нее, ступая с той недоверчивой осторожностью, которой научили меня иные старинные истории. Однако таким способом еще нельзя было определить размеров темницы; я мог обойти ее всю и вернуться на то же
место, так ничего и не заметив, ибо стена была совершенно ровная и везде одинаковая. Тогда я стал искать нож, который лежал у меня в кармане, когда меня повели в судилище; ножа я не нашел. Мое платье сменили на балахон из мешковины. А я-то хотел всадить лезвие в какую-нибудь щелочку между камнями, чтоб определить начало пути. Затруднение, правда, оказалось пустое, и лишь в тогдашней моей горячке оно представилось мне сначала неодолимым. Я отодрал толстую подрубку подола и положил его под прямым углом к стене. Пробираясь вдоль стены, я непременно наткнусь на нее, обойдя круг. Так я рассчитал. Но я не подумал ни о размерах темницы, ни о собственной своей слабости. Земля была сырая и скользкая. Я проковылял еще немного, споткнулся и упал. Изнеможение помешало мне подняться, и скоро меня одолел сон. Проснувшись, я вытянул руку и нащупал рядом ломоть хлеба и кувшин с водою. Я так был измучен, что не стал размышлять, откуда они взялись, но жадно осушил кувшин и съел хлеб. Скоро я снова побрел вдоль стены и с большим трудом наконец добрался до места, где лежала мешковина. До того, как я упал, я насчитал пятьдесят два шага, а после того, как встал и пошел сызнова, насчитал их сорок восемь. Значит, всего шагов получалось сто; и, положив на ярд по два шага, я заключил, что тюрьма моя имеет окружность в пятьдесят ярдов. Однако в стене оказалось и много углов, и я никак не мог догадаться о форме подземелья, ибо в голове у меня засела мысль, что здесь непременно подземелье. Мои расследованья были почти бесцельны и уж вовсе безнадежны, но странное любопытство побуждало меня их продолжать. Я отделился от стены и решил пересечь обнесенное ею пространство. То и дело оскользаясь на предательском, хоть и твердом полу, я сперва ступал с величайшей осторожностью. Но
потом я набрался храбрости и пошел тверже, стараясь не сбиваться с прямого пути. Так прошел я шагов десять-двенадцать, но споткнулся о свисавший оборванный край своего подола, сделал еще шаг и рухнул ничком.
Опомнился я не сразу, и лишь несколько секунд спустя мое внимание привлекло удивительное обстоятельство. Дело вот в чем - подбородком я уткнулся в тюремный пол, а губы и верхняя часть лица, хоть и опущенные ниже подбородка, ни к чему не прикасались. Мой лоб точно погрузился во влажный пар, а в ноздри лез ни с чем не сравнимый запах плесени. Я протянул руку и с ужасом обнаружил, что лежу у самого края круглого колодца,
глубину которого я, разумеется, пока не мог определить. Я пошарил по краю кладки, ухитрился отломить кусок кирпича и бросил вниз. Несколько мгновений я слышал, как он, падая, гулко ударялся о стенки колодца, наконец глухо всплеснулась вода, и ей громко отозвалось эхо. В тот же миг раздался такой звук, будто где-то наверху распахнули и разом захлопнули дверь, тьму прорезал слабый луч и тотчас погас. Тут я понял, какая мне готовилась судьба, и поздравил себя с тем, что так вовремя споткнулся. Еще бы один шаг -- и больше мне не видеть белого света. О таких именно казнях упоминалось в тех рассказах об инквизиции, которые почитал я вздором и выдумками. У жертв инквизиции был выбор: либо смерть в чудовищных муках телесных, либо смерть в ужаснейших мучениях нравственных. Мне осталось последнее. От долгих страданий мои нервы совсем расшатались, я вздрагивал при звуке собственного голоса и как нельзя более подходил для того рода пыток, какие меня ожидали. Весь дрожа, я отполз назад к стене, решившись скорей погибнуть там, только бы избегнуть страшных колодцев, которые теперь мерещились мне повсюду. Будь мой рассудок в ином состоянии, у меня бы хватило духу самому броситься в пропасть и положить конец беде, но я стал трусом из трусов. К тому же из головы не шло то, что я читал о таких колодцах -- мгновенно расстаться с жизнью там никому еще не удавалось. От возбужденья я долгие часы не мог уснуть, но наконец забылся. Проснувшись, я, как и прежде, обнаружил подле себя ломоть хлеба и кувшин с водой. Меня терзала жажда, и я залпом осушил кувшин. К воде, верно, примешали какого-то зелья; не успел я допить ее, как меня одолела дремота. Я погрузился в сон - глубокий, как сон смерти. Долго ли я спал, я, разумеется, не знаю, но только, когда я снова открыл глаза, я вдруг увидел,
что меня окружает. В робком зеленоватом свете, которого источник я заметил не сразу, мне открылись вид и размеры моей тюрьмы. Я намного ошибся, прикидывая протяженность стены. Она была не более двадцати пяти ярдов. Несколько минут я глупо дивился этому открытию, поистине глупо! Ибо какое значение в моих ужасных обстоятельствах могла иметь площадь темницы? Но ум цеплялся за безделицы, и я принялся истово доискиваться дот ошибки, какую сделал в своих расчетах. И наконец меня осенило. Сначала, до того как я упал в первый раз, я насчитал пятьдесят два шага; и, верно, упал я всего в двух шагах от куска мешковины, успев обойти почти всю стену. Потом я заснул, и со сна, верно, пошел не в ту сторону; понятно поэтому, отчего стена представилась мне вдвое длинней. В смятении я не заметил, что в начале пути она была у меня слева, а в конце оказалась справа. Относительно формы тюрьмы я тоже обманулся. Я уверенно счел ее весьма неправильной, нащупав на стене много углов, так могущественно воздействие кромешной тьмы на того, кто очнулся от сна или летаргии! Оказалось, что углы - всего-навсего легкие вмятины или углубления в неравном расстоянии одна от
другой. Форма же камеры была квадратная. То, что принял я за каменную кладку, оказалось железом или еще каким-то металлом в огромных листах, стыки или швы которых и создавали вмятины. Вся поверхность этого металлического мешка была грубо размалевана мерзкими, гнусными рисунками -- порождениями мрачных монашеских
суеверий. Лютые демоны в виде скелетов или в иных более натуральных, но страшных обличьях, безобразно покрывали сплошь все стены. Я заметил, что контуры этих чудищ довольно четки, а краски грязны и размыты, как бывает от сырости. Потом я увидел, что пол в моей тюрьме каменный. Посередине его зияла пасть
колодца, которой я избегнул; но этот колодец был в темнице один. Все это смог я различить лишь смутно и с трудом; ибо собственное мое положение за время забытья значительно изменилось. Меня уложили навзничь, во весь рост на какую-то низкую деревянную раму. Меня накрепко привязали к ней длинным ремнем вроде подпруги. Ремень много раз перевил мне тело и члены, оставляя свободной только голову и левую руку, так чтоб я мог ценой больших усилий дотянуться до глиняной миски с едой, стоявшей подле на полу. К ужасу своему я обнаружил, что кувшин исчез. Я сказал - "к ужасу своему". Да, меня терзала нестерпимая жажда. Мои мучители, верно, намеревались еще пуще ее распалить; в глиняной миске лежало остро приправленное мясо. Подняв глаза, я разглядел потолок своей темницы. В тридцати или сорока футах надо мной, он состоял из тех же самых, что и стены, листов. Чрезвычайно странная фигура на одном из них приковала мое внимание. Это была Смерть, как
обыкновенно ее изображают, но только вместо косы в руке она держала то, что при беглом взгляде показалось мне рисованным маятником, как на старинных часах. Однако что-то в этом механизме заставило меня вглядеться в него пристальней. Пока я смотрел прямо вверх (маятник приходился как раз надо мною), мне почудилось, что он двигается. Минуту спустя впечатление подтвердилось. Ход маятника был короткий и, разумеется, медленный. Несколько мгновений я следил за ним с некоторым страхом, но скорей с любопытством. Наконец, наскуча его унылым качаньем, я решил оглядеться. Легкий шум привлек мой слух, я посмотрел на пол и увидел, как его пересекает полчище огромных крыс. Они лезли из щели, находившейся в моем поле зрения справа. Прямо у меня на глазах они тесным строем жадно устремлялись к мясу, привлеченные его запахом. Немалого труда стоило мне отогнать их от миски. Прошло, пожалуй, полчаса, возможно, и час (я мог лишь приблизительно определять время), прежде чем я снова взглянул вверх. То, что я увидел, меня озадачило и поразило. Размах маятника увеличился почти на целый ярд. Выросла, следственно, и его скорость. Но особенно встревожила меня мысль о том, что он заметно опустился. Теперь я увидел, - надо ли описывать, с каким ужасом! - что нижний конец его имеет форму серпа из сверкающей стали, длиною примерно с фут от рога до рога; рожки повернуты кверху, а нижний край острый, как лезвие бритвы; выше от лезвия серп наливался, расширялся и сверху был уже тяжелый и
толстый. Он держался на плотном медном стержне, и все вместе шипело, рассекая воздух. Я не мог более сомневаться в том, какую участь уготовила мне монашья изобретательность в пытках. Инквизиторы прознали, что мне известно о колодце; его ужасы предназначались таким дерзким ослушникам, как я; колодец был воплощенье ада, по слухам, - всех казней. Благодаря чистейшему случаю я не упал в колодец. А я знал, что внезапность страданья, захват им жертвы врасплох - непременное условие чудовищных тюремных расправ. Раз уж я сам не свалился в пропасть, меня не будут в нее толкать, не такова их дьявольская затея; а потому (выбора нет)
меня уничтожат иначе, более мягко. Мягко! Я готов был улыбнуться сквозь муку, подумав о том, как мало идет к делу это слово. Что пользы рассказывать о долгих, долгих часах нечеловеческого ужаса, когда я считал удары стального серпа! Дюйм за дюймом, удар за ударом -- казалось, века проходили, пока я это замечал -- но он неуклонно спускался все ниже и ниже! Миновали дни, -- быть может, много дней, -- и он спустился так низко, что обдал меня своим едким дыханьем. Запах остро отточенной стали забивался мне в ноздри. Я молился, я досаждал небесам своей мольбой о том, чтоб он спускался поскорей. Я сходил с ума, я рвался вверх, навстречу взмахам зловещего ятагана. Или вдруг успокаивался, лежал и улыбался своей сверкающей смерти, как дитя -- редкой погремушке. Я снова лишился чувств -- ненадолго, ибо когда я очнулся, я не понял, спустился ли маятник. А быть может, надолго, ибо я сознавал присутствие злых духов, которые заметили мой обморок и
могли нарочно остановить качанье. Придя в себя, я почувствовал такую, о! невыразимую слабость, будто меня долго изнуряли голодом. Несмотря на страданья, человеческая природа требует еды. Я с трудом вытянул левую руку настолько, насколько мне позволяли путы, и нащупал жалкие объедки, оставленные мне крысами. Когда я положил в рот первый кусок, в мозгу моем вдруг мелькнул обрывок мысли, окрашенной радостью, надеждой. Надежда для меня -- возможно ли? Как я сказал, то был лишь обрывок мысли, -- мало ли таких мелькает в мозгу, не завершаясь? Я ощутил, что мне помстилась радость, надежда, но тотчас же ощутил, как мысль о них умерла нерожденной. Тщетно пытался я додумать ее, поймать, воротить. Долгие муки почти лишили меня обычных моих мыслительных способностей. Я сделался слабоумным, идиотом. Взмахи маятника шли под прямым углом к моему телу. Я понял, что серп рассечет меня в том месте, где сердце. Он протрет мешковину, вернется, повторит свое дело опять... опять. Несмотря на страшную ширь взмаха (футов тридцать, а то и более) и шипящую мощь спуска, способную сокрушить и самые эти железные стены, он протрет мешковину на мне, и только! И здесь я запнулся. Дальше этой мысли я идти не посмел. Я задержался на ней, я цеплялся за нее, будто бы так можно было удержать спуск маятника. Я заставил себя вообразить звук, с каким серп разорвет мой балахон, тот озноб, который пройдет по телу в ответ на трение ткани. Я мучил себя этим вздором, покуда совершенно не изнемог.
Вниз -- все вниз сползал он. С сумасшедшей радостью противопоставлял я скорость взмаха и скорость спуска. Вправо -- влево -- во всю ширь! -- со скрежетом преисподней к моему сердцу, крадучись, словно тигр. Я то хохотал, то рыдал, уступая смене своих порывов. Вниз, уверенно, непреклонно вниз! Вот он качается уже в
трех дюймах от моей груди. Я безумно, отчаянно старался высвободить левую руку. Она была свободна лишь от локтя до кисти. Я только дотягивался до миски и подносил еду ко рту, и то ценою мучительных усилий. Если б мне удалось высвободить всю руку, я бы схватил маятник и постарался его остановить. Точно так же мог бы я остановить лавину! Вниз, непрестанно, неумолимо вниз! Я задыхался и обмирал от каждого его разлета. У меня все обрывалось внутри от каждого взмаха. Мои глаза провожали его вбок и вверх с нелепым пылом совершенного отчаяния. Я жмурился, когда он спускался, хотя смерть была бы избавленьем, о! несказанным избавленьем от мук. И все же я дрожал каждой жилкой при мысли о том, как легко спуск механизма введет острую сверкающую секиру мне в грудь. От надежды дрожал я каждой жилкой, от надежды обрывалось у меня все внутри. О, надежда, -- победительница скорбей, -- это она нашептывает слова утешенья обреченным даже в темницах инквизиции.
Я увидел, что еще десять -- двенадцать взмахов -- и сталь впрямь коснется моего балахона, и оттого я вдруг весь собрался и преисполнился ясным спокойствием отчаяния. Впервые за долгие часы -- или даже дни -- я стал думать. Я сообразил, что моя подпруга, мои путы -- цельные, сплошные. Меня связали одним-единственным ремнем. Где бы лезвие ни прошлось по путам, оно рассечет их так, что и сразу смогу высвободиться от них с
помощью левой руки. Только как же близко мелькнет от меня сталь! Как гибельно может оказаться всякое неверное движенье! Однако мыслимо ли, что прихлебатели палача не предусмотрели такой возможности? Вероятно ли, что тело мое перевязано там, куда должен спуститься маятник? Страшась утратить слабую и, должно быть, последнюю надежду, я все же приподнял голову, чтобы как следует разглядеть свою грудь. Подпруга обвивала мне тело и члены сплошь, но только не по ходу губительного серпа! Едва успел я снова опустить голову, и в мозгу моем пронеслось то, что лучше всего назвать недостающей половиной идеи об избавлении, о которой я уже упоминал и которой первая часть лишь смутно промелькнула в моем уме, когда я поднес еду к запекшимся губам. Теперь мысль сложилась до конца, слабая, едва ли здравая, едва ли ясная, но она сложилась. Отчаяние придало
мне сил, и я тотчас взялся за ее осуществление.В течение многих часов пол вокруг моего низкого ложа буквально кишел крысами. Бешеные, наглые, жадные, они пристально смотрели на меня красными глазами, будто только и ждали, когда я перестану шевелиться, чтобы тотчас сделать меня своей добычей. "К какой же пище, - думал я, -- привыкли они в подземелье? " Как ни старался я отгонять их от миски, они съели почти все ее содержимое, оставя лишь жалкие объедки. Я однообразно махал рукой над миской, и из-за этой бессознательной
монотонности движения мои перестали оказывать действие на хищников. Прожорливые твари то и дело кусали меня за пальцы. И вот последними остатками жирного, остро пахучего мяса я тщательно натер свои путы, там, где сумел дотянуться до них; потом я поднял руку с пола и, затаив дыханье, замер. Сначала ненасытных животных поразила и спугнула внезапная перемена -- моя новая неподвижная поза. Они отпрянули; иные метнулись обратно к щели. Но лишь на мгновенье. Не напрасно рассчитывал я на их алчность. Заметя, что я не шевелюсь, две-три самых наглых вспрыгнули на мою подставку и стали обнюхивать подпругу. Прочие будто только ждали сигнала. Новые полчища хлынули из щели. Они запрудили все мое ложе и сотнями попрыгали прямо на меня. Мерное движенье маятника ничуть им не препятствовало. Увертываясь от ударов, они занялись умащенной подпругой. Они теснились, толкались, они толпились на моем теле, все вырастая в числе. Они метались по моему горлу; их
холодные пасти тыкались в мои губы; они чуть не удушили меня. Омерзение, которого не передать никакими словами, мучило меня, леденило тяжким, липким ужасом. Но еще минута -- и я понял, что скоро все будет позади. Я явственно ощутил, что ремень расслабился. Значит, крысы уже перегрызли его. Нечеловеческим
усилием я заставлял себя лежать тихо. Нет, я не ошибся в своих расчетах, я не напрасно терпел. Наконец я почувствовал, что свободен. Подпруга висела на мне обрывками. Но маятник уже коснулся моей груди. Он распорол мешковину. Он разрезал белье под нею. Еще два взмаха -- и острая боль пронзила меня насквозь. Но миг спасенья настал. Мановением руки я обратил в бегство своих избавителей. Продуманным движеньем -- осторожно, боком, косо, медленно -- я скользнул прочь из ремней так, чтобы меня не доставал ятаган.
Хоть на мгновенье, но я был свободен.
Свободен! И в тисках инквизиции! Едва ступил я с деревянного ложа пыток на каменный тюремный пол, как адская машина перестала качаться, поднялась, и незримые силы унесли ее сквозь потолок. Печальный урок этот привел меня в отчаяние. За каждым движением моим следят.Свободен! Я всего лишь избегнул одной смертной муки ради другой муки, горшей, быть может, чем сама смерть. Подумав так, я стал беспокойно разглядывать железные стены, отделявшие меня от мира. Какая-то странность -- перемена, которую и не вдруг осознал, -- без сомненья, случилась в темнице. На несколько минут я забылся в тревожных мыслях; я терялся в тщетных, бессвязных догадках. Тут я впервые распознал источник зеленоватого света, освещавшего камеру. Он шел из прорехи с полдюйма шириной, которая опоясывала всю темницу, по низу стен, совершенно отделяя их от пола. Я
пригнулся, пытаясь заглянуть в проем, разумеется, безуспешно. Когда я распрямился, мне вдруг открылась тайна происшедшей в камере перемены. Я уже говорил, что, хотя роспись на стенах по очертаниям была достаточно четкой, краски как будто размылись и поблекли. Сейчас же они обрели и на глазах обретали пугающую, немыслимую яркость, от которой портреты духов и чертей принимали вид непереносимый и для нервов более крепких, чем мои. Бесовские взоры с безумной, страшной живостью устремлялись на меня отовсюду, с тех мест, где только что их не было и помину, и сверкали мрачным огнем, который я, как ни напрягал воображение, не мог счесть ненастоящим. Ненастоящим! Да ведь уже до моих ноздрей добирался запах раскаленного железа! Тюрьма наполнилась удушливым жаром. С каждым мигом все жарче горели глаза, уставившиеся на мои муки. Все гуще заливал багрец намалеванные кровавые ужасы. Я ловил ртом воздух! Я задыхался! Так вот что затеяли мои мучители! Безжалостные! О! Адские отродья! Я бросился подальше от раскаленного металла на середину камеры. При мысли о том, что огонь вот-вот спалит меня дотла, прохлада колодца показалась мне отрадой. Я метнулся к роковому краю. Я жадно заглянул внутрь. Отблески пылающей кровли высвечивали колодец до дна. И все же в первый миг разум мой отказывался принять безумный смысл того, что я увидел. Но страшная правда силой вторглась в душу, овладела ею, опалила противящийся разум. О! Господи! Чудовищно! Только не это! С воплем отшатнулся я от колодца, спрятал лицо в ладонях и горько заплакал. Жар быстро нарастал, и я снова огляделся, дрожа, как в лихорадке. В камере случилась новая перемена, на сей раз менялась ее форма. Как и прежде, сначала я тщетно пытался понять, что творится вокруг. Но недолго терялся я в догадках. Двукратное мое спасенье подстрекнуло инквизиторскую месть, игра в прятки с Костлявой шла к концу. Камера была квадратная. Сейчас я увидел, что два железных угла стали острыми, а два других, следственно, тупыми. Страшная разность все увеличивалась с каким-то глухим не то грохотом, не то стоном. Камера тотчас приняла форму ромба. Но изменение не прекращалось - да я этого и не ждал и не хотел. Я готов был прижать красные
стены к груди, как покровы вечного покоя. "Смерть, -- думал я, -- любая смерть, только бы не в колодце! " Глупец! Как было сразу не понять, что в колодец-то и загонит меня раскаленное железо! Разве можно выдержать его жар? И тем более устоять против его напора? Все уже и уже становился ромб, с быстротой, не оставлявшей времени для размышлений. В самом центре ромба и, разумеется, в самой широкой его части зияла пропасть. Я
упирался, но смыкающиеся стены неодолимо подталкивали меня. И вот уже на твердом полу темницы не осталось ни дюйма для моего обожженного, корчащегося тела. Я не сопротивлялся более, но муки души вылились в громком, долгом, отчаянном крике. Вот я уже закачался на самом краю -- я отвел глаза... И вдруг -- нестройный шум голосов! Громкий рев словно множества труб! Гулкий грохот, подобный тысяче громов! Огненные
стены отступили! Кто-то схватил меня за руку, когда я, теряя сознанье, уже падал в пропасть. То был генерал Лассаль.
Французские войска вступили в Толедо. Инквизиция была во власти
своих врагов.


Музыка Dark Tales: Edgar Allan Poe. Black cat.
Категории: Искусство, Истории, Эдгар Аллан По
комментировать 1 комментарий | Прoкoммeнтировaть
[...Аннабель Ли...] Ende des Lebens 00:33:31
Эдгар Аллан По (1809-1849)
­­
"Аннабель-Ли"

Это было давно, это было давно,
В королевстве у края земли:
Там жила и цвела та, что звалась всегда,
Называлася Аннабель Ли,
Я любил, был любим, мы любили вдвоем,
Только этим мы жить и могли.

И, любовью дыша, были оба детьми
В королевстве у края земли.
Но любили мы больше, чем любят в любви, -
Я и нежная Аннабель Ли,
И, взирая на нас, серафимы небес
Той любви нам простить не могли.

Оттого и случилось когда-то давно,
В королевстве у края земли, -
С неба ветер повеял холодный из туч,
Он повеял на Аннабель Ли;
И родные толпой многознатной сошлись
И ее от меня унесли,
Чтоб навеки ее положить в саркофаг,
В королевстве приморской земли.

Половины такого блаженства узнать
Серафимы в раю не могли, -
Оттого и случилось (как ведомо всем
В королевстве у края земли), -
Ветер ночью повеял холодный из туч
И убил мою Аннабель Ли.

Но, любя, мы любили сильней и полней
Тех, что старости бремя несли, -
Тех, что мудростью нас превзошли, -
И ни ангелы неба, ни демоны тьмы,
Разлучить никогда не могли,
Не могли разлучить мою душу с душой
Обольстительной Аннабель Ли.

И всегда луч луны навевает мне сны
О пленительной Аннабель Ли:
И зажжется ль звезда, вижу очи всегда
Обольстительной Аннабель Ли;
И в мерцаньи ночей я все с ней, я все с ней,
С незабвенной - с невестой - с любовью моей -
Рядом с ней распростерт я вдали,
В саркофаге приморской земли.
(1849 год)

­­

Музыка Dark Tales: Edgar Allan Poe. Black cat.
Категории: Стихи, Лирика, Любовь, Эдгар Аллан По
Прoкoммeнтировaть
воскресенье, 24 марта 2013 г.
[...Сатана...] Ende des Lebens 19:41:41
Эдуард Асадов
"САТАНА"

Ей было двенадцать, тринадцать - ему.
Им бы дружить всегда.
Но люди понять не могли: почему
Такая у них вражда?!

Он звал ее Бомбою и весной
Обстреливал снегом талым.
Она в ответ его Сатаной,
Скелетом и Зубоскалом.

Когда он стекло мячом разбивал,
Она его уличала.
А он ей на косы жуков сажал,
Совал ей лягушек и хохотал,
Когда она верещала.

Ей было пятнадцать, шестнадцать - ему,
Но он не менялся никак.
И все уже знали давно, почему
Он ей не сосед, а враг.

Он Бомбой ее по-прежнему звал,
Вгонял насмешками в дрожь.
И только снегом уже не швырял
И диких не корчил рож.

Выйдет порой из подъезда она,
Привычно глянет на крышу,
Где свист, где турманов кружит волна,
И даже сморщится:- У, Сатана!
Как я тебя ненавижу!

А если праздник приходит в дом,
Она нет-нет и шепнет за столом:
- Ах, как это славно, право, что он
К нам в гости не приглашен!

И мама, ставя на стол пироги,
Скажет дочке своей:
- Конечно! Ведь мы приглашаем друзей,
Зачем нам твои враги?!

Ей девятнадцать. Двадцать - ему.
Они студенты уже.
Но тот же холод на их этаже,
Недругам мир ни к чему.

Теперь он Бомбой ее не звал,
Не корчил, как в детстве, рожи,
А тетей Химией величал,
И тетей Колбою тоже.

Она же, гневом своим полна,
Привычкам не изменяла:
И так же сердилась:- У, Сатана! -
И так же его презирала.

Был вечер, и пахло в садах весной.
Дрожала звезда, мигая...
Шел паренек с девчонкой одной,
Домой ее провожая.

Он не был с ней даже знаком почти,
Просто шумел карнавал,
Просто было им по пути,
Девчонка боялась домой идти,
И он ее провожал.

Потом, когда в полночь взошла луна,
Свистя, возвращался назад.
И вдруг возле дома:- Стой, Сатана!
Стой, тебе говорят!

Все ясно, все ясно! Так вот ты какой?
Значит, встречаешься с ней?!
С какой-то фитюлькой, пустой, дрянной!
Не смей! Ты слышишь? Не смей!

Даже не спрашивай почему! -
Сердито шагнула ближе
И вдруг, заплакав, прижалась к нему:
- Мой! Не отдам, не отдам никому!
Как я тебя ненавижу!

Музыка Patrick O'Hearn – Main Title (OST Плачущий убийца)
Настроение: странное
Категории: Стихи
Прoкoммeнтировaть
пятница, 22 марта 2013 г.
[«…Memory…»] Ende des Lebens 22:50:17
Посвящается…
«Будто бы тенью, вдоль старых домов,
Как приведение идёт за собой, не оставив следов».


Его светло-русые волосы плавной волной обрамляли тонкое вытянутое лицо, искаженное ноткой беспокойства. В его больших карих глазах, которыми она так восхищалась, таилась вселенская печаль, в любой момент готовая пролиться водопадами и реками слёз. Чуть розовые губы дрожали, но мелодичный голос был всё ещё твёрд.
Тонкие бледные пальцы теребили жёлто-зелёную бахрому шарфа.
Он смотрел ей в глаза и понимал, что ничего не сможет сделать – она уже всё решила. Предательский комок застрял в горле. Он взглянул на неё в последний раз, поняв, что это уже не та девушка, образ которой он любит до сих пор. Отрывать часть себя всегда тяжело, но он сможет… она верила, что он сможет. Он переживёт.
Ему хотелось кричать и звать на помощь, но никто не откликнулся бы. Ему хотелось свернуться клубком и плакать. Ему хотелось умереть… хотелось, чтобы метель унесла его душу далеко-далеко, где она нашла бы покой. Где не было бы этой девушки, которая забрала его сердце и разбила его на мелкие части…
Он встал и ушёл…
Не оглядываясь, но она смотрела ему вслед, и ей казалось, что она умерла в это мгновение. Точнее, умерло то, что хранило его образ.
Она верила, что они ещё встретятся…

когда-нибудь…


Музыка Dimaestro - клоуну грустно, клоун один
Настроение: годное
Категории: Творчество, Жизнь, Я, Светлый, Любовь, Разлука
комментировать 2 комментария | Прoкoммeнтировaть
[...in my fantasy world...] Ende des Lebens 22:19:42
В моём фэнтези мире ты предстал таким...

Ночь. Тёмная июльская ночь. На небе виднеются белые точки - это звёзды.
В свете луны твоя чёрная шерсть отливает серебром. Ты - довольно крупный адский лев.
Почему адский? - у тебя глаза дьявольские. Алые, налитые кровью. Взгляд полон ярости.
Твоя голова словно в ореоле огня - края гривы плавно переходят в языки пламени. Твоя изысканная шёлковая грива... Представь её. На конце чёрного хвоста вместо кисточки - огонь.
И вот, в твоих глаза появляются искры, и ты обнажаешь белоснежные клыки...
Рычи, Лев. Пусть все слышат.

­­
Прoкoммeнтировaть
воскресенье, 3 марта 2013 г.
Ende des Lebens 23:58:13
Запись только для зарегистрированных пользователей.
Ende des Lebens 22:32:50
Запись только для зарегистрированных пользователей.
пятница, 14 декабря 2012 г.
[...радость...] Ende des Lebens 23:15:16
Опять вскипает в жилах кровь,
И сердце вновь
Зовёт на бой меня.


Ещё один шаг в сторону мечты.
Такого удовольствия от работы с куклой я не получала ни разу.
и гипс не подкачал)
завтра можно будет спокойно шкурить и подгонять детали)))
Ещё один шаг в сторону мечты...
Уверена, он не последний!

ps: слава богам, никто ничего под руку не говорит...
и никого с возвышенной критикой на горизонте не наблюдается.
спасибо за свободный от тебя месяц ]:-)­

Музыка Downcast - Не любовь!
Настроение: отличное =))
Категории: Творчество, Мысли, Мечты
Прoкoммeнтировaть
среда, 24 октября 2012 г.
[...Хелависа и Кукрыниксы] Ende des Lebens 01:33:47
Обидеть легко
Простить очень сложно
И кое-когда, и кое-кого
Почти невозможно
И в пору решить
И всё завершить
И больше не думать
И в пору забыть

- Ты для меня ничего не значишь!
- Но почему тогда ты плачешь?
- Я для тебя ничего не значу!
- Но почему тогда я плачу?

Расстаться легко
Забыть очень сложно
И кое-когда, и кое-кого
Почти невозможно
И в пору решить
Своей жизнью жить
И больше не думать
И в пору простить

- Ты для меня ничего не значишь!
- Но почему тогда ты плачешь?
- Я для тебя ничего не значу!
- Но почему тогда я плачу?

­­

Музыка Хелависа и Саруман - Властелин ничего
Настроение: вполне себе ничего
Прoкoммeнтировaть
воскресенье, 7 октября 2012 г.
[...ночной бред...] Ende des Lebens 23:31:53
и всё же иногда приятно делать что-то вместе...
даже как-то зубы почистить вместе - уже хороший настрой на день.
готовить завтрак...
пока ты режешь салат и варишь кашу ребёнку, он заваривает ароматный травяной чай.
а потом ещё гулять вместе... идти по мокрому асфальту, держать за руку и смотреть, как ребенок бегает по опавшей листве или играет на детской площадке.
сесть вместе обедать.
вместе приготовить ужин. как-то радует, когда вы оба на кухне и готовите себе ужин.
хотя чего там, этим ужином потом ещё половина семьи питается.
совместный душ...
а потом разговор о чем-нибудь близком обоим.
даже если ты в этот момент мечтаешь о своём доме, ещё паре детей и так далее. всё это будет, если ты к этому идёшь.
глупо обижаться по мелочам, например, что он оставил в комнате грязную чашку или что тебе показалось, что он тебя меньше любит...
так и прекращают своё существование многие пары...
глупо ревновать. глупо считать кого-то своей собственностью.
нужно жить, наслаждаться каждым моментом. радоваться и делиться своими чувствами с окружающим миром.
проявляйте чувства, не стесняйтесь их показывать.
любите и будьте счастливы.

Музыка Era - Flowers Of The Sea
Настроение: хорошее
Категории: Жизнь, Любовь
комментировать 8 комментариев | Прoкoммeнтировaть
четверг, 30 августа 2012 г.
[...мысли...] Ende des Lebens 21:02:06
почти доделала свою шарнирную куклу...
пока руки у неё отсутствуют, но это ненадолго - их я скоро доделаю.
лак не порадовал - сильно пожелтел после просушки, а так всё норм.
конечно, кукла не стоит, но тут дело в моей лени. слишком поздно я поняла, что шарнироприемники надо было делать до идеала гладко и безо всяких там... но тем не менее, кукла сидит, жрать не просит, так что всё норм. очень приятная дама выходит)

есть идеи насчет второй куклы, но её я уже не буду делать из пластики. её я сделаю из папье маше. тут больше плюсов должно быть, так как можно будет нормально проработать мастер-модель.
всё, отчаливаю спатеньки...

Музыка Shinedown - her name is Alice
Настроение: ниже среднего
Категории: Творчество, Мысли, Я
комментировать 3 комментария | Прoкoммeнтировaть
понедельник, 13 августа 2012 г.
[...продолжение мучений...] Ende des Lebens 20:50:24
Keraplast выкину на помойку.... жутко трескается(((
осталось уже немного, так что к концу месяца, я надеюсь, кукла будет готова.


Музыка Manowar - Die for Metal
Настроение: отвратное
Категории: Творчество, Мысли
Прoкoммeнтировaть
понедельник, 2 июля 2012 г.
Ende des Lebens 22:48:20
Запись только для друзей.
[...порция приятного - 3...] Ende des Lebens 18:50:23
продолжаем рубрику...))

Санкт-Петербург

Подробнее…­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­

Музыка Amaranthe - Amaranthine
Настроение: среднее
Категории: Порция приятного, Искусство, Картинки
комментировать 1 комментарий | Прoкoммeнтировaть
Ende des Lebens 18:33:57
Запись только для зарегистрированных пользователей.
суббота, 16 июня 2012 г.
Ende des Lebens 00:16:38
Запись только для зарегистрированных пользователей.
вторник, 12 июня 2012 г.
Ende des Lebens 22:49:28
Запись только для зарегистрированных пользователей.
суббота, 2 июня 2012 г.
Ende des Lebens 20:44:43
Запись только для зарегистрированных пользователей.
среда, 16 мая 2012 г.
[...порция приятного - 2...] Ende des Lebens 20:35:15
ну, для того, чтобы немного порадовать душу, продолжим...

Псков.

фото взяты тут vk.com/id70594475
Подробнее…
­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­


Музыка Depeche Mode - master & servant
Настроение: непонятное
Хочется: кушать -...-
Категории: Картинки, Порция приятного
Прoкoммeнтировaть
вторник, 15 мая 2012 г.
[...нашла!..] Ende des Lebens 19:50:57
по ходу, теперь каждый раз, когда буду сюда заходить, буду выкладывать что-то приятное для глаз и души)

долго вспоминала, у кого я видела эти фотки!
вспомнила)

соответственно, порция приятного - Челябинск)

Подробнее…­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­

фото стащены у ­gerain616



Музыка rammstein - mein land
Настроение: среднее
Хочется: в Минск и замуж)
Категории: Картинки, Gera'in, Настоящее, Романтика, Порция приятного
комментировать 1 комментарий | Прoкoммeнтировaть
пятница, 4 мая 2012 г.
Тест: "Чего терпеть не могут знаки ... Ende des Lebens 01:30:58
­Тест: "Чего терпеть не могут знаки Зодиака"
Чего терпеть не могут Близнецы (21 мая – 21 июня)


­­
Близнецы не любят, когда их пытаются затмить – театр одного актера – это их стихия. А еще их раздражает:


* Неуважение – Близнецы должны быть в авторитете.
* Глупость – с дураком – скучно, с умным – противно.
* Заторможенная реакция – не тупи, а то отстанешь.
* Люди, указывающие на недостатки Близнецов – Близнецы идеальны априори. Это не обсуждается.
* Чужие рассказы – им самим есть, что сказать этому миру.
* Люди, достигшие больше, чем они сами – выше Близнецов только горы.
* Условности и рамки – не загоняй меня в угол, а то я тебя там и… (нужное вставить).
* Скрытность – ты мне все расскажешь! Сам! Или помочь?!
* Отсутствие реальной силы – те, кто слабее, для Близнецов – люди второго сорта.
* Правдивость – Близнецы терпеть не могут слышать о себе правду.
Что-то совпадет, а что-то покажется из ряда вон выходящим... Нас же не на фабрике по чертежам собирали...

Пройти тест: http://beon.ru/test­s/938-617.html

Категории: Тесты
комментировать 2 комментария | Прoкoммeнтировaть
[...форменный бред...] Ende des Lebens 01:09:20
добралась я до дневника наконец.
месяц тут не была.
сопли что ли поразводить...
хотя, вроде последнее время их даже и нету о_О
Ваня, ты меня лишил последней женской радости - розовых соплей хД
как теперь жить? хД
в общем, всё хорошо, всё замечательно и вообще я всех люблю)
да, это странно звучит.
вылезаю я ночью из постели и всех люблю хД
зашибись.
в общем, это бред на уровне потока мыслей, так что ловить смысл тут бесполезно.
узнаю, какая подлюка мне пакостит - пакостить ей больше не придётся... с того света редко пакостят.

­­

всё, мне полегчало.
пошла спать дальше.

Музыка metallica - nothing else matters
Настроение: среднепоганостное
Категории: Хуйня какая-то, Я
комментировать 2 комментария
 


...сердца стук...Перейти на страницу: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | следующуюСледующая »

читай на форуме:
Впишите одно слово приходящее первы...
Эй ты оО
м
пройди тесты:
-Это все просто сон?-
Ты не стоишь моих слёз "29"
[Х]огвартс[13]
читай в дневниках:
#7.
#8.
#9.

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх